Самые мелкие французские монеты…и пистоль с ними

На страницах романов Гюго и Дюма, которые читают и перечитывают вот уже без малого двести лет, постоянно встречаются «ливры», «экю» и «луидоры». Изредка попадаются «денье», «лиарды» и «пистоли». Неискушенный читатель сразу обращается к сноске или примечанию, стреляный книголюб сразу переводит экю в ливры, ливры во франки, франки в евро или патриотические рубли. Но если с луидорами и экю еще можно произвести хоть какие-то вычисления, то мелкие французские монеты настолько затерялись в глубине веков, что только специалисты – историки и нумизматы — смогут дать ответ, что же они из себя представляли. Загадочным кажется и появление на страницах «Трех мушкетеров» монеты с забавным названием — «пистоль».

Во Франции неоднократно менялась форма правления, (подумать только, сейчас во Франции уже Пятая(!) Республика), исторические области страны периодически переходили из рук в руки, соседи тоже не всегда отличались дружелюбием (Англия, Испания, Германия). Бесконечные войны и революции постоянно расшатывали экономическую систему. Все это не могло не отразиться на французской денежной системе: в обращение входили и изымались из него мелкие разменные монеты, да и монеты «весомых достоинств» со временем теряли свою покупательную способность.

Ниже всех «пал», или, лучше сказать, «докатился» французский денье. Название этой монеты происходит от латинского «денарий», и самые первые денье-денарии еще помнили соленый пот и кровавые слезы галльских рабов, за которых, собственно, и платили работорговцы предприимчивым вождям или успешным полководцам. В начале новой эры из фунта чистого серебра чеканили 240 денье весом около 1,3 г. Позже, при Карле Великом (VIII-IX вв.), вес монеты ненадолго увеличился до 1,7 г, затем, на протяжении средних веков, неизменно снижался. Снижалось и качество денье: серебра в нем становилось все меньше, а меди все больше. В одном золотом ливре (парижском, а позже вытеснившем его турском) как раз и было 240 денье. К XVI веку покупательная способность монеты упала настолько, что было принято решение чеканить ее из меди, и весила она всего 1,5 г. Денье к тому времени стал самой мелкой французской разменной монетой, а во времена Семилетней войны (уже в германском княжестве Брауншвейг-Люнебург) был выпущен последний денье для выплаты жалованья французским солдатам.

Лиард унаследовал от денье сомнительный титул «мелочи». Появился он в эпоху классической феодальной раздробленности, когда каждое герцогство, графство или даже город выпускали свои деньги, а крупные ростовщики, посылая корреспондентов из удела в удел, вовсю наживались, играя на курсах монет. В XII-XIII вв. власть короля не обеспечивалась полновесным денежным эквивалентом, поэтому во Франции того времени существовало сразу две монетные системы, основанных на парижском и турском ливре.

Лиард, монета из низкопробного серебра, «прибыл» из Дофине, исторической области на юго-востоке, присоединенной к Франции уже в XIV в., и первоначально был равен трем денье. На аверсе монеты – дельфин, как считали тогда, «король-рыба»: недаром старшие сыновья короля носили титул dauphin – дофин (т.е. дельфин). Впрочем, вне зависимости от того, что было изображено на монете, ее курс стремительно падал. Если к середине XV в., ко времени действия романа «Собор Парижской Богоматери», вес серебряного лиарда был 1,2 г (денье, соответственно, весил тогда, уже 0,4 г), то мушкетеры в XVII веке уже могли наблюдать, как в обращение вошли лиарды медной чеканки. До конца XVIII в. лиард весом 3 г исправно чеканили, и равнялся он ? су (1 ливр = 20 су). История лиарда прекратилась в 1856 году, с введением новой десятеричной денежной системы. Были изъяты из обращения и су, ставшие к  середине XIX мелочью, упоминая которую, расчетливые французы до сих пор с презрением и сожалением говорят: «нет ни су» (эквивалент русскому «ни копейки»). Ливры окончательно сменились на франки, а самой мелкой разменной монетой стал сантим (1/100 франка). Такова се ля ви.

Испанский дублон (пистола) проник во французскую денежную систему во времена бесконечных территориальных и династических препирательств между Францией и Испанией XVI-XVII вв. Проник – да так там и остался, сменив название на «пистоль», более приятное французскому слуху. Вообще, до 1640 года многие европейские золотые монеты (а пистоль был полновесной золотой монетой – 6,75 г), равные ему, назывались пистолями. Вот такая была «любовь» государств Европы к Испании, чьи «золотые американские галеоны» полностью расстроили экономику на континенте. В 1640 году во Франции был отчеканен первый золотой луидор (по имени правящего монарха, изображенного на аверсе, – Людовика XIII), и первоначальный вес монеты был все те же 6,75 г.

Поэтому в 1625 году мушкетеров и Д’Артаньяна отблагодарили по-королевски за дуэль с де Жюссаком и К° именно 40 пистолями. По-видимому, Дюма отчасти подчеркнул тем самым и гасконское происхождение главного героя (историческая область Гасконь граничит с Испанией), и то, что это была воистину королевская щедрость. Как-никак, а через какие-нибудь полтора десятка лет цепочка «дублон-пистоль-луидор» замкнется, вплоть до начала XIX в. Но это уже история совсем других войн.

Если вам понравилась статья - не забудьте поделиться с друзьями:

Оставить комментарий

Почта (не публикуется) Обязательные поля помечены *